| Выйди в сад... Как погода ясна! Как застенчиво август увял! Распустила коралл бузина, И янтарный боярышник - вял... Эта ягода - яблочко-гном... Как кудрявый кротекус красив. Скоро осень окутает сном Теплый садик, дождем оросив. А пока еще - зелень вокруг И вверху безмятежная синь; И у клена причудливых рук - Много сходного с лапой гусынь. Как оливковы листики груш! Как призывно плоды их висят! Выйди в сад и чуть-чуть поразрушь, - Это осень простит... Выйди в сад. |
| Очам твоей души - молитвы и печали, Моя болезнь, мой страх, плач совести моей; И всё, что здесь в конце, и всё, что здесь в начале, - Очам души твоей... Очам души твоей - сиренью упоенье И литургия - гимн жасминовым ночам; Всё - всё, что дорого, что будит вдохновенье, - Души твоей очам! Твоей души очам - видений страшных клиры... Казни меня! Пытай! Замучай! Задуши! - Но ты должна принять!.. и плач, и хохот лиры - Очам твоей души!.. |
| Подходят ночи в сомбреро синих, Созвездья взоров поют звезде, Поют в пещерах, поют в пустынях, Поют на море, поют везде. Остынет отзвук денного гуда,- И вьюгу звуков вскрутит закат... Подходят ночи - зачем? откуда? - К моей избушке на горный скат. Как много чувства в их взмахах теплых! Как много тайны в их ласк волшбе! Весь ум - в извивах, все сердце - в воплях. Мечта поэта! Пою тебе... |
Игорь Северянин
| Мне удивительный вчера приснился сон: Я ехал с девушкой, стихи читавшей Блока. Лошадка тихо шла. Шуршало колесо. И слезы капали. И вился русый локон... И больше ничего мой сон не содержал... Но потрясенный им, взволнованный глубоко, Весь день я думаю, встревожено дрожа, О странной девушке, не позабывшей Блока... |
Игорь Северянин
Вечер спал, а Ночь на сене
Уж расчесывала кудри.
Одуванчики, все в пудре,
Помышляли об измене.
Шел я к Ночи,— Ночь навстречу.
Повстречалися без речи.
— Поцелуй...— Я не перечу...
И — опять до новой встречи.
Шел я дальше. Незнакомка
Улыбнулася с поляны,
Руки гнулись, как лианы,
И она смеялась громко.
Вместо глаз синели воды
Обольстительного юга,
Голос страстный пел, как вьюга,
А вкруг шеи хороводы.
Заводили гиацинты
С незабудками с канавок...
Я имел к миражам навык,
Знал мечтаний лабиринты.—
И пускай, кто хочет, трусит,
Но не мне такая доля.
И сказал я: «Дева с поля,
Кто же имя девы вкусит?»
Уже, уже нить лесная,
Комаров порхают флоты...
Тут ее спросил я: «Кто ты?»
И прозвякала: Весна — я!
Уж расчесывала кудри.
Одуванчики, все в пудре,
Помышляли об измене.
Шел я к Ночи,— Ночь навстречу.
Повстречалися без речи.
— Поцелуй...— Я не перечу...
И — опять до новой встречи.
Шел я дальше. Незнакомка
Улыбнулася с поляны,
Руки гнулись, как лианы,
И она смеялась громко.
Вместо глаз синели воды
Обольстительного юга,
Голос страстный пел, как вьюга,
А вкруг шеи хороводы.
Заводили гиацинты
С незабудками с канавок...
Я имел к миражам навык,
Знал мечтаний лабиринты.—
И пускай, кто хочет, трусит,
Но не мне такая доля.
И сказал я: «Дева с поля,
Кто же имя девы вкусит?»
Уже, уже нить лесная,
Комаров порхают флоты...
Тут ее спросил я: «Кто ты?»
И прозвякала: Весна — я!
